"Он имел от природы огромный дар пения..."

Я пел в Тифлисе пять месяцев и за это время спел 15 опер, будучи все время единственным баритоном в труппе. Труд колоссальный! Совершенно неожиданно получаю приглашение от покойного Г. П. Кондратьева, всесильного тогда режиссера казенной оперы, приехать на пробу. Оказалось, что меня слышал в Тифлисе П. И. Чайковский и рассказал обо мне. Я поехал в Петербург, дебютировал в "Фаусте". В один сезон вместе с Н. Н. Фигнером я был принят. После этого я сейчас же поехал на средства Дирекции совершенствоваться в Италию, по возвращении откуда занял место первого баритона. Лучшей моей партией с самого начала был Онегин. Затем я имел успех в "Демоне", "Кармен", "Фаусте", "Гугенотах". Первой сильно драматической партией в моем репертуаре был "Купец Калашников" А. Г. Рубинштейна. После спектакля А. Г. обнял меня на сцене, поцеловал и сказал, что не думал, чтобы можно было так исполнить эту роль. Это была хорошая минута! Целовал меня и П. И. Чайковский за "Онегина", "Пиковую даму" и "Иоланту", Н. Ф. Соловьев - за "Корделию" (в которой роль Орсо я считаю своей лучшей и любимейшей партией) и, наконец, Э. Ф. Направник за созданную мной роль Троекурова в "Дубровском".

Его, бывшего кавалерийского офицера, не получившего ни музыкального, ни профессионального вокального образования, мгновенно зачислили в труппу Мариинского театра первым (!) баритоном. Не обошлось здесь без везения, но большую роль сыграл, конечно, и талант - яркий, самобытный, счастливый! Голос . Рассказывает известный в начале XX века музыкальный критик Эдуард Старк:

"Голос Яковлева был лирико-драматический баритон, звучный, ровный во всех регистрах, с очень хорошим медиумом и превосходными свободными верхами, которые Яковлев, особенно в пору своего расцвета, брал без малейшего напряжения, полно, красиво и широко. ( . ) Тембр был очарователен по своей бархатной мягкости, и он составлял значительную долю привлекательности в исполнении Яковлева. Правда, у него не было того искусства, которое дается школой и которым в таком совершенстве владел его единственный достойный соперник Тартаков. Яковлев распоряжался своим голосом в значительной степени интуитивно. Он имел от природы ( .) огромный дар пения. ( .) В сущности, это то самое, что итальянцы определяют термином "bel canto".( .) Яковлев наделен был способностью глубоко вживаться в основное существо музыкального момента, и всякое чувство, изображенное музыкой, всякую идею, вложенную в ту или иную часть его партии, передавать в высшей степени ярких, увлекательных красках, с огнем, с одушевлением. ( .) Можно было так или иначе критиковать его исполнение, но равнодушным при этом оставаться было невозможно".

Лучшая партия Леонида Георгиевича - Онегин в опере П. И. Чайковского. Одно поколение сменялось другим, грянула революция, Временное правительство сменила советская власть, пришел и ушел НЭП, а петербургские театралы по-прежнему жили воспоминаниями об этой "заветной" роли артиста. Да, Мариинка видела разных Онегиных - высоких и низеньких, полных и худых, медлительных и суетливых. Но вот явился Яковлев и спел наконец Онегина, по словам рецензента "Биржевых ведомостей" (1892), "благородно, музыкально, по стилю и по внешности как нельзя более подходя к образу, задуманному Пушкиным". Публика "дождалась. Открылись очи; она сказала: это он!" Сцена в саду: ледяной, со снисходительной жалостью взгляд на девочку Татьяну: "Вы ко мне писали ." Изящество и вельможная неторопливость в движениях, тонкая ирония в сцене бала в доме Лариных перед ссорой с Ленским. Надменное спокойствие в сцене ссоры и дуэли. И в завершение всего - могучее и свободное верхнее "соль": "О жалкий жребий мой!" Монолог приходиться повторять во второй и в третий раз. Вновь и вновь Татьяна вынуждена садиться в кресло, а Онегин-Яковлев - опускаться на колени . Занавес закрывается. Шквал оваций. Леонид Георгиевич благодарно раскланивается; букеты ему все несут и несут, публика неистовствует, студенты от избытка чувств швыряют фуражки через оркестровую яму к ногам певца, который, не забывая отвечать поклонами на овации, аккуратно перешвыривает фуражки обратно. Говорили, что в Мариинском театре таких аплодисментов удостаивались только Шаляпин и Собинов, а также звезды первой величины - Николай Николаевич Фигнер и Евгения Константиновна Мравина.

Подробно о музыке:

Первые звуки джаза: "Original Dixieland Jazz Band"
Широкоизвестная легенда гласит, что джаз родился в Новом Орлеане, откуда на старых колесных пароходах добрался по Миссисипи до Мемфиса, Сент-Луиса и наконец до Чикаго. Обоснованность этой легенды в последнее время ставилась под сомнение рядом историков джаза, и в наши дни бытует мнение, что джаз в ...

Рихард Вагнер (1813-1883)
Вот уже более 100 лет музыкальные пилигримы взбираются на холм возле маленького баварского городка Байрейт, чтобы погрузиться в чудный мир музыки самого динамичного и целеустремленного из всех композиторов. Музыка Вагнера, литературные произведения Вагнера, оперный театр Вагнера представляют собой ...

Александр Николаевич Серов
Александр Николаевич Серов /1820—1871/ Серов вошел в историю русской музыкальной культуры как один из выдающихся и разносторонних деятелей 50—60-х годов. Он был, наряду со Стасовым, крупнейшим представителем нового этапа в развитии передовой русской музыкальной критики, ученым-исследователем, одни ...