Цель анализа в свете генеральной функции серьезной музыки

Может ли такое слово быть безинтонационным? Тысячи людей в нашей стране знают слово старцев: простое, краткое, кроткое, лишенное и тени наигранности, театрального пафоса, но зримо несущее в себе силу, властно переламывающую все тяжкие обстояния жизни.

Подчеркнем: интонационно всякое слово. Слово и интонация — неотрывны, ибо неотрывно видение ума от духовных энергий сердца. Не бывает слова без интонации. Вот слово сухое, равнодушное, холодное, вялое, скучное, "научное" (свойственное серой полу-науке) — но это тоже интонация, характеризующая состояние сердца! Чистая мысль обитает в чистом сердце, "отвлеченная" — в отлученном от Жизни. "Еще ли окаменено у вас сердце"? (Мк. 8:17) — мягко упрекает Господь учеников за непонятливость.

Мы подошли к специфике интонации. Если фонемная организация слова адресует нас к понятию, к видению ума, то интонация выражает его дух, сердечную атмосферу, из которой рождается слово. "Ибо от избытка сердца говорят уста. Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое" (Мф. 12:34-35).

В начале человеческой истории всякое слово и всякая мысль пелись. Об этом свидетельствует мысль всех народов земли. Вот некоторые свидетельства греков. По Аристотелю, законы воспевались, прежде чем были записаны. По мысли Полибия, "лучше не знать науку, чем быть неискусным в благодарственных песнях". Обобщая эти высказывания, русский автор XVIII века пишет: "История сохранялась песнями". Со временем интонация слова и интонация пения разделились. Напевная интонация передалась инструментальной музыке.

Музыкальная интонация способна воплотить энергии души, чистые и грязные. В богослужебном пении они светоносны. И в светской музыке интонация может выступать как удивительнейшее средство познания и общения, сгусток бытия, истории, культуры, надмирный свет и озарение жизни.

Противоположный полюс представлен интонациями кривляющимися, наглыми, грязными, хрипло-агрессивными (в рок-музыке). Каков диапазон человека на шкале жизни-смерти, света и тьмы, — таков диапазон и его интонационных проявлений.

Музыкальная интонация, следовательно, имеет духовно-нравственное измерение. Оно столь важно, что не может быть опущено в определении интонации.

Ее можно определить как род знака, материально-акустическое тело которого, включающего в себя одновременно все стороны звучания, оживляется осмысленными энергиями души и духа, а также (это дополнение — для верующих) энергиями призывающей (а в церковном пении — обоживающей) благодати. Интонация прикреплена к Традиции духовной жизни и служит ей.

Приведенное определение, как очевидно, ценностно не безразлично, не отлучено от совести, — и на этом принципе познания необходимо заострить внимание; так поступать и в других случаях. Добро и зло онтологически не равнозначны. Груша может существовать без грушевой гнили, а гниль без нее не может. Раковая опухоль вырастает на человеке, а человек не вырастает из нее. Не определять же понятие человека через понятие рака, как непорядка в размножении клеток! Беспорядок живет разложением порядка, ложь паразитирует на истине, злоба разрушает любовь. Тьма не охватит света, ибо представляет собой его отсутствие. И в познании мы должны видеть эту онтологическую неоднопрядковость. И вначале видеть прекрасную идею, и лишь потом — ее искажения.

Так — и в интонации, которую человек, извратившись сам, может извратить.

Скверную, гнилую интонацию можно определить как род знака, материальное тело которого пронизано мертвящими (бессмысленными, глупыми, нравственно-фальшивыми, безобразными) энергиями души, злой духовности и демонических внушений. Она прикреплена к контртрадиции и ее функцией (лучше сказать — дисфункцией) в обществе оказывается передача духовной смерти.

Понятия души и духа, задействованные в определении, позволяют провести самую важную разграничительную линию между двумя рангами человека, состояний народов и всего человечества с его культурой и искусством. Эстрадная музыка — бездуховно-душевна, ублажает плоть и похоти человека. Из нее никогда не подымутся возвышенные и сильные тяготения к чистоте, свету и святости жизни, к спасительной для человека красоте. Эта способность оплотнять в звуках энергии духа — непременное свойство уже не эстрадной, а серьезной музыки в ее исторической и онтологической связи с богослужебным пением Церкви. Основная тема светской возвышенной музыки, а соответственно и курса анализа музыки, — духовно-преображенный человек. Тема христианского преображения души возвела высокую светскую музыку в уникальное явление, которого не знал мир.11

Подробно о музыке:

Сонатная форма у русских композиторов
В связи с становлением национальных культур у некоторых композиторских школ пробудилось стремление осознать и раскрыть в творчестве национальные формы мышления. Эти черты не могут быть названы коренными, основными, т. к. общие нормы человеческого мышления не обладают национальной спецификой, но яз ...

Методика обучения крюкам и пению
В ходе обследования общин выяснилось, что существует два типа обучения пению по крюкам. К первому относится систематическое изучение крюков в специальной школе по определенной программе с проверкой знаний и т. д. Пример тому — Стрельниковская школа пения. Другой тип, наиболее распространенный, пре ...

Halbstaccato (полустаккато)
Этот артикуляционный прием встречается намного реже, чем те которые перечислены. Черни связывал способ исполнения halbstaccato с темпом произведения, в котором эта артикуляционная краска фигурирует. При игре halbstaccato мелодий, идущих в медленном темпе, он допускал небольшие движения кисти, од ...